Алистер Кроули. Опасности мистицизма

С любовью посвящается Артуру Эдуарду Уэйту

Странная идея усердно распространяется, и, похоже, приобретает успех, что мистицизм — это «Безопасный» Путь к Высочайшему, а магия — опасный Путь к низменному. Необходимо сделать несколько комментариев в отношении этого утверждения. Можно усомниться в том, что вообще существует какое-то занятие достойное выполнения совершенно лишенное опасностей, и можно удивиться, что за опасность может угрожать человеку, цель которого заключается в полном разрушении самого себя. Можно еще мрачновато поиронизировать над честностью тех, кто стремится зачислить любую Магию в разряд Черной Магии, как над очередным трюком Мистического Борца здесь на земле.
Однако, как человек, которые может претендовать на некое знакомство с литературой обоих путей, и как удостоившийся личного разъяснения от адептов обоих путей, думаю что я мог бы привести их беспристрастно в равновесие.
Из теории магии следует, что первое отпадение от Бесконечного должно быть приведено в равновесие и таким путем откорректировано. Поэтому «великого Мага», Майана, создателя Иллюзии, Творца, надо встретить в сражении. И тогда «если Сатана разделяется против Сатаны, как его царство может устоять?» Оба исчезают: иллюзии больше нет. Математически, 1+(-1) = О. Этот путь символизируется в Таро фигурой Мага, картой под номером 1, первым отпадением от О, однако соотнесеной с Бет, 2, Меркурием, богом Мудрости, Магии и Истины.
И этот Маг обладает двойственностью самого Мага, а также «Великого Мага» описанного в Liber 418 («Равноденствие» No. V., Специальное Дополнение, стр. 144)
А вот формула мистика намного проще. Математически, это 1 — 1 = О. Он похож на крупинку соли, брошенную в море; очевидно, что процесс растворения легче, чем столкновение миров, созерцаемое магом. «Сядь, и почувствуй себя как пыль в присутствии Бога; нет, меньше, чем пыль, как ничто», — самодостаточная простота его метода. К несчастью, многие люди не в состоянии проделать это. И когда вы начнете убеждаться в своей неспособности, мистик скорее всего лишь пожмет плечами и на этом закончит.
Этот путь символизируется Шутом [Fool] в Таро, который подобен Мистику и Бесконечному. Отклоняясь от вопроса: отнюдь не факт, что эта формула настолько проста, насколько кажется. Каким образом мистик может увериться, что «Бог» действительно «Бог», а не какой-нибудь демон, маскирующийся под Его образом? Мы видим Джерсона [Gerson] приносящего Хасса [Huss] в жертву своему»Богу»; мы находим современного журналиста, оставившего недилетантский след в мистической литературе:»Эта мистическая жизнь в своих высотах неоспоримо эгоцентрична»; мы находим еще один опус, который, как пожилая леди, завершает свою критику Вселенной: «То-ка Джок да Я бу-ут спасены; да и Джок – вря-ли»; мы находим еще одну, которая в возрасте 99 лет исходит пеной у рта из-за якобы нарушенных якобы принадлежащих ей авторских прав; мы обнаруживаем еще одного настолько чувствительного, что упоминание его имени современным писателем вызывает приступ эпилептической мании; если такие действительно «соединились с Богом» или «растворены в Боге», то что это за Бог?
В «Послании к Галатам» говорится, что плодами Духа являются мир, любовь, радость, долготерпение, мягкость, доброта, вера, кротость, умеренность; а в дру гом месте сказано: «По их плодам узнаете вы их».
Таким образом, об этих злопыхателях нам нужно думать, что они либо бесчестны, и вовсе ничего не достигли, либо что они соединились с дьяволом. Таковы «Братья Пути Левой Руки», столь исчерпывающе описанные в Liber 418 («Равноденствие», No. V., Специальное Дополнение, стр. 119 и далее).
Наиболее характерным признаком таких людей является их исключительность. «Мы — особенные», «Наш Путь — единственный», «Все Буддисты плохи», — безумие духовной гордыни.
Маг вовсе не так подвержен попаданию в это ужасное болото гордости, как мистик; он занимается вещами вне себя и способен корректировать свою гордость. На деле, он постоянно корректируется Природой. Он, Великий, не может объять необъятное! Мистик одинок и замкнут, ему не достает благотворного сражения. Все мы школьники, и футбольное поле — превосходная профилактика от самомнения. Когда мистик встречает препятствие, он начинает о нем «фантазировать». Он говорит: это «только иллюзия». Он наполнен чувством благополучия наркомана, заблуждением бессильного. Он теряет силу, необходимую, чтобы взглянуть в лицо любому факту, он питает себя собственным воображением, он убеждает себя в своем собственных достижениях. Если ему возражать по какому-то предмету, он раздражается, становясь злобным и хитрым. Если я критикую мистера Х, он начинает визжать и старается напакостить мне за моей спиной; если я говорю, что мадам У не равна св. Терезе, она пишет книгу, чтобы доказать обратное.
Такие люди «напыщенные от вздора и густого тумана, которые они за собой тянут, гниют внутри и распространяют отвратительную заразу»,- как писал Мильтон об одном менее опасном круге духовных наставников. Для их несчастных последователей и подражателей никаких слов жалости не хватит.
Весь мир для них лишь «зеркало для их глупого лица»; только, в отличие от Сэра Паламеда, они восхищаются этим. Моральные и духовные Нарциссы, они погибают в водах иллюзии. Один мой друг, адвокат в Неаполе, рассказывал мне странные истории о том, чем такое самопоклонение заканчивается.
Ловкость дьявола особенно проявляется в методе, с помощью которого такие неофиты улавливаются Черными Братьями. Здесь и преувеличенное благоговение, и торжественная манера говорить, тщеславие архаических фраз, фальшивый покров святости над нечистой обителью. Высокопарная привязанность выдается за достоинство; ворох обрывков медиевализма имитирует глубину; жаргон сходит за культуру речи; ханжество расцветает в атмосфере безупречного самодовольства, строгих нравов, и фарисейства.
Естественным следствием такого отношения является потеря всего человеческого достоинства. Величайший маг, когда он действует в пределах своих человеческих способностей, действует так, как человек и должен действовать. Помимо прочего, он учиться отзывчивости и сочувствию. Отсутствие эгоизма очень часто становится его положительной чертой.
Как раз этого не достает мистику. Стремясь поглотить нижние планы в высшие, он не заботиться о низшем. Нун Гертруда [Nun Gertrude], когда подходила ее очередь мыть тарелки, обычно объясняла, что она очень сожалеет, но в этот самый момент она сочетается, в ходе полной хоральной службы, со Спасителем.
Сотни мистиков замкнулись полностью и навсегда. Для общества потеряна не только их способность к производству благ, но также их любовь и добрая воля, и, хуже всего, также их пример и их опыт. Христос, на пике своей карьеры, нашел время, чтобы омыть ступни своих учеников; любой Учитель, который не делает этого на любом плане, есть Черный Брат. Индусы не станут почитать никакого человека, становящегося «Санъяси» (примерно как наш «отшельник»), до тех пор пока он честно не исполнит свои обязанности как человек и гражданин. Безбрачие безнравственно, и давший обет безбрачия уклоняется от одной из величайших трудностей Пути.
Остерегайтесь тех, кто избегает низших трудностей; можно держать пари, что они увильнут и от высших тоже. Об особых опасностях пути здесь нет места писать; каждый студент обнаружит на каждой ступени искушения, отражающие его собственные специфические слабости. Поэтому я разбирал только те опасности, которые неотделимы от самого пути, опасности врожденные по самой природе. Ни единого мгновения я не стал бы просить слабейшего повернуть назад или свернуть с дороги, однако я бы попросил даже сильнейшего приложить следующие усилия: во-первых, скептическое или научное отношение, как во взгляде, так и в методе; во-вторых, здоровую жизнь, подразумевая под этим то, что понимают атлет и путешественник; в-третьих, сердечные товарищеские отношения и преданность жизни, работе и долгу.
Пусть он помнит, что унция искренней гордости лучше тонны ложной скромности, хотя унция подлинного смирения стоит унции искренней гордости; у человека, который занят работой, нет времени, чтобы доставлять неприятности другому. И пусть вспомнит формулировку Закона, сделанную Иисусом: «любить Бога всем своим сердцем, и ближнего своего как самого себя».

Перевод — X, редактура Fr. Taavat Haor
© PAN’S ASYLUM Oasis

Об авторе Алистер Кроули

(англ. Aleister Crowley; урождённый Э́двард Алекса́ндр Кроули (англ. Edward Alexander Crowley); 12 октября 1875 — 1 декабря 1947) — один из наиболее известных оккультистов XIX—XX века, мистик, пророк, поэт, альпинист и ярчайшая личность своего времени. Основатель учения Телемы, автор множества оккультных произведений, в том числе «Книги закона», главного священного текста Телемы. колоды «Таро Тота» и многих других. При жизни Кроули был участником нескольких оккультных организаций, включая «Орден Золотой Зари», «Серебряную Звезду» и «Орден Храма Востока».

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.